Приводятся сведения о сезонной активности и перемещениях 406 меченых среднеазиатских черепах. Продолжительность дневной активности черепах в апреле—мае неодинакова. Определено максимальное удаление от места выпуска.
Суточная и сезонная активность среднеазиатской черепахи (Agrionemys horsfieldi Gray, 1844) в различных частях ареала исследована еще недостаточно [1—3]. Весьма ограничены сведения о характере использования занимаемой площади и степени подвижности этих животных. В этом плане известна работа Е. Н. Панова и М. В. Галиченко [4]. Наши материалы основаны на наблюдениях, полученных в течение длительного времени (1975—1979 гг.) и в разные периоды активности черепах (апрель — июнь).
Исследования проведены на правом берегу р. Или, у южных склонов хр. Малайсары и в окрестностях пос. Чингильды. Путем надпиливания краевых щитков карапакса и нанесения временной метки краской помечено 406 особей. При повторных встречах отмечалось расстояние от первоначального выпуска до места поимки. Основные наблюдения за фенологическими явлениями у черепах сделаны на учетной площадке в 3 га.
В Туркмении и южных областях Узбекистана черепахи появляются, как правило, в конце февраля — начале марта [2, 4], в Южном Прибалхашье — в конце марта — начале апреля, период активности длится до середины или конца июня. По нашим данным, особи разного пола пробуждаются от зимнего оцепенения и уходят в летнюю спячку в определенной последовательности. Первыми появляются самцы, по численности они преобладают над самками до середины апреля, а иногда и позже (табл. 1). Сезон активности у них заканчивается раньше, и в июне на поверхности остаются преимущественно самки.
В одни годы пробуждение черепах идет дружно, в другие — растягивается на длительный период времени. Иногда сроки залегания в спячку смещаются. Так, богатая осадками и холодная весна 1978 г. привела к накоплению почвенной влаги и более длительной вегетации растений, что, видимо, способствовало продлению активности животных. Если в начале июня 1975 г. в окрестностях пос. Чингильды на учетной площадке было обнаружено всего 13 самок (максимальная плотность достигала здесь 35 особей на 1 га), то 20 июня 1978 г. при тех же температурных условиях их оказалось гораздо больше — 37 особей при равном отношении представителей обоего пола.
Главной причиной залегания в спячку летом является не исчезновение эфемеровой растительности, а крайняя неустойчивость черепах к высоким температурам. Известно, что при температуре тела 38,5° (воздуха 34,5° и почвы 47,2°) животные гибнут от кислородного голодания. В условиях глинистого грунта, где температурный режим гораздо ниже, они залегают в спячку в более поздние сроки, нежели в песках.
Летом и осенью черепахи пробуждаются довольно редко [1, 2]. Однако нам приходилось встречать на поверхности особей разного пола и возраста с июля по сентябрь. Большая их часть была найдена после обильных дождей, прошедших накануне. В это время животным практически кормиться нечем, но они покидают убежища и подолгу греются возле нор, а иногда уходят от них на расстояние 120—650 м. В Туркмении единичные особи появляются и в зимнее время [5, 6].
Среднеазиатская черепаха ведет строго дневной образ жизни. В апреле самый ранний выход отмечен нами в 7 ч 30 мин, а поздний — в 10 ч 30 мин. Первые особи откапываются при 10° и по мере прогревания воздуха их число нарастает. На учетной площадке 5—8 апреля 1976 г. при температуре 17° было насчитано 26 особей, а при 23° — 64. Взрослые появляются по утрам раньше, чем неполовозрелые. Примечательно, что даже при благоприятной погоде некоторые животные выходят не каждый день.
Наши данные подтверждают мнение К. П. Параскива [1] о двухвершинном характере суточной активности черепах. Однако в первой половине апреля при чрезвычайно изменчивой погоде эти пики часто не выражены. В течение дня, стремясь использовать любое благоприятное время, животные могут выходить по нескольку раз.
Ежечасные учеты, проведенные 22 апреля 1977 г. на одном маршруте при температуре воздуха 14,5—30,0° (в среднем 25,5°), показали, что максимальная активность приходится на первую половину дня (10—12 ч), минимальная — на 13—15 ч. К 17—18 ч количество животных возрастает, но не достигает уровня первой половины дня (см. рисунок), причем большинство из них предпочитает оставаться на солнце.
Во второй половине апреля 1976 г. общая продолжительность активности равнялась 5-6 ч. В конце мая она сокращалась до 3, а в особо жаркие и безветренные дни — до 2 ч. В последней декаде июня 1978 г. первые особи появлялись в 6 ч 30 мин, а к 9 ч, когда воздух прогревался до 28°, они начинали закапываться.
Длительность пребывания на поверхности зависит от упитанности и сытости. Особи, голодавшие по нескольку дней или выпущенные после долгого содержания в неволе, кормятся интенсивнее и более продолжительное время.
До 9 месяцев в году черепахи проводят в подземных укрытиях. Роющая деятельность особенно активно проявляется весной. Жару они пережидают в тени растений, в лунках или неглубоких норах. Случается, что молодые прячутся в сухие панцири погибших собратьев. Места ночевок рептилии постоянно меняют, часто используют чужие укрытия. На плотных грунтах (каменистых и щебнистых участках), где рытье нор затруднено, они пользуются одними и теми же убежищами и, расползаясь на кормежку в радиусе 50—75 м, непременно возвращаются к своим норам. На ночь черепахи чаще всего зарываются в лунки на глубину, не превышающую высоту их панциря, иногда же остаются на поверхности даже под дождем, при температуре воздуха 8—10°. В период спаривания первыми зарываются самки, чуть позже здесь же устраиваются и самцы.
Сообщения о дальности перемещений черепах встречаются крайне редко. Известно, что протяженность дневных переходов взрослых особей в Казахстане в общей сложности равна 2 км [1]. В Туркмении максимальная величина у наиболее подвижных особей составляет около 120 м; это позволило Е. Н. Панову и М. В. Галиченко [4] считать черепах в течение одного сезона оседлыми.
Мы попытались выяснить, каковы особенности перемещений животных за более длительный период. 8—10 апреля 1975 г. на экспериментальной площадке было помечено 107 особей разного возраста. В последующие годы продолжалась маркировка вновь появившихся здесь животных, и к весне 1978 г. их количество достигло 274 (табл. 2). Черепахи встречались от 1 до 7 раз, но большая их часть (56,2%) была зарегистрирована лишь по одному разу. Общее количество встреч составило 535 (табл. 3). Значительное число помеченных черепах и невысокая их встречаемость свидетельствуют о массовых передвижениях. В одних случаях через экспериментальную площадку пролегали пути следования животных, в других — имели место кратковременные заходы с прилежащих территорий.
Следует отметить, что численность черепах на исследуемой площади не была постоянной. В апреле — мае 1975 г. спустя 13—31 день после мечения их плотность существенно не изменилась и была близка к числу первоначально помеченных животных (78,5—93,4%). Однако меченые особи от общего числа учтенных составили лишь 44—50%, или 39,2—41,1 % от 2). Несмотря на увеличение количества меченых, их встречаемость постепенно убывала и в 1977— 1978 гг. равнялась лишь 9,1—9,4%. Одни зарегистрированные на участке животные вели строго оседлый образ жизни (встречались многократно в течение 2—3 лет), другие совершали в разных направлениях временные кочевки и, отлучаясь на расстояние 19—84 м (в среднем 47 м) за пределы участка, возвращались.
О дальности перемещений в течение нескольких лет можно судить по повторным находкам животных у южных склонов хр. Малайсары. В конце апреля 1975 г. здесь помечено 132 особи, из них в 1976—1978 гг. встречено 43 (32,2%), переместившиеся в разных направлениях на расстояние 40—1220 м (табл. 4). Существенной разницы в протяженности кочевое самцов и самок не прослеживается, однако замечено, что их дальность со временем увеличивается. Через год максимальное расстояние от места выпуска равнялось 700 м, а через два — 950 и через три — 1220 м.
Кочевки черепах вызваны разными причинами. Например, самцы, особенно в брачный сезон, отличаются повышенной активностью, в поисках самки они многократно пересекают площадку, в течение дня встречаясь в разных ее участках. Кочевки могут носить и направленный характер. Самки переползают в места, благоприятные для откладки яиц, где в последующем можно встретить скопления молодых.
Перед летним оцепенением животные собираются в бугристых и обрывистых местах, изобилующих норами млекопитающих, а весной расселяются более широко. Для черепах свойственны и кормовые кочевки. Мы наблюдали, как в поисках пищи они покидают обрывистые склоны с чахлой растительностью, но богатые убежищами, и перемещаются вверх, на плато или к руслу реки, а с повышением температуры возвращаются к прежним местам. Они легко преодолевают склоны в 40—45°, быстро передвигаются по самому краю отвесного обрыва высотой 6—7 м. Черепахи избегают мест с густым травянистым покровом, где продвигаются с большим трудом, оставляя полосу полегшей травы. Здесь они охотно используют тропы, образовавшиеся после прогона скота.
Перемещения черепах определяются и хозяйственной деятельностью человека. При распашке земель они концентрируются на огрехах и бросовых землях либо у края поля. Места с интенсивным выпасом скота черепахи покидают.
Своеобразие сезонной активности черепах заключается в неодновременном выходе весной и залегании в спячку летом. При проведении учетов следует помнить об их повышенной активности в первую половину дня. Учеты целесообразно начинать со второй декады апреля при температуре воздуха 18—25°. Перемещения большинства черепах, как правило, носят беспорядочный характер игвелики по протяженности. Именно этим объясняется то обстоятельство, что площади, опустошенные ео время массовой заготовки рептилий, остаются незаселенными долгое время.
